психолог Дима Печкин

Треугольник спасения.

Внутреннее создаёт внешнее, а затем внешнее создаёт внутреннее. Психика человека - это субстанция, которая им управляет. То же свойство человек проявляет в отношении других людей и неизбежно начинает управлять ими. И в свою очередь, управляя другими людьми, он формирует их психику.

И раз есть тот, кто управляет, то обязательно должен быть управляемый. Факт существования более сильного, обуславливает существование доминирующего и подчиняющегося.
Человеческая деятельность предназначена для достижения индивидуальных интересов, поэтому взаимоотношения между людьми преследуют единственную цель – отдачу или экономию своей и использование чужой энергии. Суть нашей психики стимулирует нас использовать других людей и доминировать над ними.

Если бы в нас было прошито некое свойство, вроде «внутренней справедливости», которое бы не давало нам спекулировать этими факторами, то проблема сценариев перестала бы существовать. Но факт нашей раздробленности и как следствие, внутренних противоречий, заставляет вести скрытые игры с окружающими, которые создают целые сценарии жизни. Я думаю, что подавляющее большинство из них основано на 4 свойствах - доминирование, подчинение, использование и жертвование.

Описывая негативные сценарии, я часто упоминаю две роли Помогатель и Помогант. Поскольку люди инстинктивно тяготеют к экономии усилий, то любая совместная деятельность рискует скатиться к тому, что они начинают проигрывать эти две роли, вместо того, чтобы быть партнёрами, создавая отношения на взрослом уровне. Свойствами этих ролей, или подролями являются позиции хищника и жертвы, которую люди меняют в зависимости от стадии игры.

Эти роли являются упрощённой версией классической триады принятой в транзактном анализе (далее – ТА) - Спаситель, Преследователь и Жертва. 
Классики ТА, такие как Берн, Карпман и Штайнер утверждали, что практически во всех сценариях люди меняются этими тремя ролями, или, во всяком случае, проигрывают две из них.
Совпадения очевидны. Помогатель (тот, кто помогает) сочетает в себе роли Спасителя и Преследователя в зависимости от стадии игры. Помогант (тот, кому помогают) – Жертва, становящаяся скрытым Преследователем, т.к. пользуется чужими усилиями и манипулирует своей беспомощностью.

В сегодняшнем посте я опишу эту триаду с некоторыми примерами из жизни, чтобы незнакомый с ТА читатель, смог сделать свои выводы. Кроме того, большинство из любителей психологии знакомы с трудами Берна, а у него нет понятия «треугольник спасения», который был введён в теорию ТА позже.

Главнейшая роль в треугольнике, это роль Спасителя. Она является родительской, т.к. Спаситель доминирует, возвышается, заботится. Эта роль маскируется под качествами, которые в обществе воспеваются. Альтруизм, забота, самоотверженность, щедрость - лишь часть качеств, под которыми Спаситель прячет свои истинные мотивы. В российской ментальности эта роль свойственна большинству матерей, а так же мужчинам, главам семей и «особенно активным» бабушкам и дедушкам. 
Родительская позиция Спасителя проявляется в том, что он смотрит на Жертву свысока. Перед ним не взрослый человек, а скорее ребёнок неспособный действовать самостоятельно. 
Мать, обеспечивающая семью, а после работы ещё и обслуживающая близких в быту, избавляется от чувства вины, которое возникает, если она не действует ради других (этому ее научили бабушка и мать). Она получает возможность возвышаться над ними, быть главной и, в конечном итоге, подкреплять собственное эго. 
Позаботившись, она имеет право проявлять чувство гнева и свободно выплёскивать агрессию на близких. Так она становится Преследователем. Но вот чувства вины и обиды, вкупе с чрезмерным напряжением, вызывают у нее рак или другое заболевание, и она мгновенно превращается в Жертву. Шепча перед смертью: «я на вас всю жизнь положила» (так, чтобы близкие обязательно услышали), она в последний раз играет роль Преследователя.

Преследователями становятся неизбежно, после того как проиграны роли Спасителя или Жертвы. Спаситель становится Преследователем потому, что он как правило не получает вознаграждения за свои «услуги» хотя всё время ожидает этого. Он чувствует раздражение всякий раз, когда Жертва отказывается подчиняться или идти его путём. Медленно, но верно его неудовольствие и усталость перерастают в агрессию. 

Жертва ощущает тяжесть от того, что Спаситель доминирует над ней. Вынужденная подчиняться, она злится на то, что он мешает ей удовлетворять свои желания. Тогда она сама становится Преследователем, либо ведёт со Спасителем «партизанскую войну», исподтишка разрушая его планы. И это работает, потому что сложно добиться чего-либо от того человека, которого ты сам сделал беспомощным.

Роль Жертвы, так же как и роль Спасителя вызвана низкой самооценкой. Однако если Спаситель пытается преодолеть своё чувство вины или неполноценности через спасение Жертвы, то последняя предпочитает просто игнорировать свои чувства, когда над ней совершается «священный акт Спасения или Преследования». 
Её роль инфантильна. Отказываясь от сопротивления, она позволяет Преследователю делать ее удачной мишенью для своей агрессии, либо использовать ее саму или её энергию. 
Жертву формируют в детстве, когда родители активно навязывают свою помощь там, где ребёнок способен действовать самостоятельно, и делают его мешком для битья. Он вынужден поддерживать свою роль потому, что теперь считает себя плохим, и у него нет ни одного реального результата, который бы позволил ему убедиться в обратном.

«Треугольник спасения» характерен тем, что люди находящиеся в нём могут довольно динамично менять три указанные роли или застывать в них. Как я уже писал, для этого треугольника характерны всего четыре фактора – кто-то должен доминировать, кто-то подчиняться, кто-то использовать чужую энергию, а кто-то жертвовать. 

Спаситель расходует свою энергию на нужды Жертвы, чтобы иметь право возвышаться над ней и в конечном итоге, направлять её энергию туда, куда ему необходимо. 
Преследователь избавляется от внутреннего напряжения, а значит от излишков энергии, проецируя свою агрессию на Жертву. В некотором роде, Жертва предоставляет ему возможность уравновесить его внутренний конфликт.
Жертва использует энергию Спасителя в целях экономии своей. В некоторых случая она так же пользуется энергией Преследователя. В этом свете роль Жертвы это мазохизм, при котором она находит удовольствие во внешней стимуляции, которую у нее вызывает чужая агрессия.

Отношения, которые люди проигрывают в рамках «Треугольника спасения» инфантильны в том плане, что они попеременно меняют доминирующую или подчинённую роли. Стереотипная семья - это множество вариантов для неравных отношений, где подчинённое положение чаще занимают женщины. Сама конструкция, при которой мужчина доминирует в финансовом плане, как добытчик, а женщина в хозяйственном, создаёт неплохую основу для ведения скрытой борьбы. 

Сценарий - это когда человек принуждает себя делать то, что не хочет, либо запрещает себе делать то, что хочет. Я намеренно убрал из этого определения слово «окружающие», т.к. никто не может принудить нас к чему-либо или запретить это, если мы прежде сами не сделаем это с собой.
Спаситель принуждает себя окружать опекой Жертв и запрещает себе тратить силы на удовлетворение собственных интересов. Преследователь принуждает других делать то, что он хочет и сливает на них эмоциональный мусор, а Жертва запрещает себе проявлять волю.

Петрова хочет пойти в кафе с подругами, но вместо этого едет на дачу с мужем. Её супруг пошёл бы с друзьями на футбол, но принуждает себя ехать на дачу, т.к. ему кажется это необходимым, так как дети должны быть на свежем воздухе. Когда они с детьми приезжают на дачу, происходит скандал. Сперва каждый из них сам сделал себя Жертвой, а после был вынужден стать Преследователем, чтобы снять напряжение.
Кто заставлял их начинать игру в спасение, которая приведёт их к тому, что они будут меняться ролями Хищников и Преследователей? 
Возможно, один из них боялся остаться один или внутренне не давал себе право сделать то, что ему хотелось? Или каждый просто боялся реакции другого? Факт в том, что они настолько застряли в ролях Спасителей, что не видят других вариантов. То же самое произойдёт с их детьми, которые перенимают науку Спасения.

Иванов «лезет из кожи вон», чтобы позаботиться о процветании своей семьи в виде жены и дочери. Типичный Спаситель, тащащий на себе двух Жертв. Он уже давно обеспечил обеих баб жильём и роскошью. 
Иванова имеет возможность заниматься шопингом, домашним хозяйством и деятельностью, которую состоятельные курицы называют «саморазвитие». Единственное, чего не хватает нашей Жертве, которая вовсе ей не кажется (ведь многие подруги завидуют) – внимания супруга. 
Наконец, на фоне обилия свободного времени и у нее появляется любовник - Сидоров. Супруг долго этого не замечает, но наконец, на горизонте возникает Спаситель (один из общих друзей), который сообщает ему об измене. 
Иванов превращается в Жертву, а затем проигрывает разные роли в отношении жены и любовника. По отношению к любовнику он Преследователь, но по отношению к жене продолжает действовать как Спаситель. Найдя через друзей (тоже Спасителей), контакты жены Сидорова, он сообщает ей: «Ты ведь знаешь, что у твоего мужа роман с моей женой?»
Они встречаются в ресторане. Сидорова рассказывает Иванову их историю: союз с мужем перестал эмоционально существовать уже давно, но они продолжают таскать на себе «дохлую кобылу» брака. 
- А ты красавчик! – говорит Сидорова, стряхивая изящным пальчиком пылинку с воротника рубашки Иванова. На город опускается ночь. Они снимают гостиницу и мстят супругам.
Наутро оба возвращаются домой в ролях Преследователей. Иванов получает право схватить жену за грудки, потрясти и выкрикнуть в лицо: «Я заботился о том, чтобы ты ни в чём не нуждалась, а ты наставила мне рога, сука!». И затем уже более низким тоном (скрывая ехидную улыбку): «Я переспал с женой твоего любовника! Вот до чего ты меня довела!»
Сидорова тоже делает супруга Жертвой, изрекая что-нибудь вроде: «Я знаю, что у тебя есть другая. Мне сообщил об этом ее муж. Знаешь что? Мама была права, когда говорила, что рано или поздно ты меня предашь и бросишь.» И закрыв лицо руками, убегает в комнату.
Происходит усиление ролей с помощью чувства вины. Иванов укрепляет жену в позиции Жертвы, а Сидорова своего мужа в позиции Спасителя. Впереди их ждут новые повороты увлекательного сценария.

«Треугольник спасения» характерен давлением, которое оказывают игроки первых двух ролей и партизанской войной, которую ведет Жертва
Такое давление основывается на утверждениях «ты будешь делать так, потому, что это умнее, правильнее, я лучше знаю и т.д.». Или например, «мужчина - главный». А так же тупиковое «объясни мне, почему ты не хочешь делать так, как я хочу?». Тупиковое потому, что объяснить своё желание разумными соображениями не получается, к тому же на любое разумное объяснение у Спасителя находится два контраргумента, более разумных.

Если интеллектуальные игры не срабатывают, Спаситель может начать распространённую игру «Обида». Он всем своим поведением показывает Жертве, что ее несогласие с ним плохо сказывается на нём – его здоровье, настроении и жизни вообще. Эта игра основывается на чувстве вины и передаётся коротким Берновским слоганом: «Посмотри, до чего ты меня довела!». 
Воздействие, которое Спаситель оказывает на Жертву, становится все грубее и грубее, постепенно переводя его к роли Преследователя. Итог такой игры - тупик, в котором Жертва оказывается рядом с Преследователем, коротко бросающим: «Всё равно будет так, как я сказал!». Она вынуждена сдаться, т.к. зависима. И тут начинается новая стадия «партизанская война».

Слабая позиция Жертвы становится защитой, с помощью которой она прямо или косвенно получает желаемое. Она «выбивает почву из-под ног» Спасителя и обезоруживает Преследователя. 
Жертва очень любит давить на чувство вины, чем привыкает заниматься и с другими людьми. Излюбленные приёмы здесь – внезапные слёзы, подкреплённые уже знакомым «вот видишь, до чего ты меня довел!». Стратегия «партизанской войны» часто подкрепляется вызыванием у себя болезненных состояний. Жертва склонна попадать в неловкие ситуации, связанные с различными «случайностями», которые рушат планы Спасителя.

Орлова просила у мужа новую шубу. Он звонит ей с работы и сообщает, что шубы не будет, потому что он принял решение купить зимнюю резину на своё авто. Жена бросает трубку. Вернувшись домой Орлов застаёт жену на кухне. Она листает каталог «Мир кожи и меха» и плачет. 
- Что случилось, дорогая? – спрашивает Орлов, как будто не понимает в чём дело.
- Всё хорошо, - отвечает ему жена и проливает новый поток слёз. Разозлённый Орлов выбегает с кухни, не замечая лёгкой улыбки на ее губах.
Орлов попадает в тупик между чувством вины и желанием получить то, что ему надо. Сидя у себя в комнате за компьютером он слышит, как из кухни доносится грохот - жена опрокидывает себе на ногу горячий борщ, который она приготовила ему к ужину. 
Через несколько дней, когда ожог достаточно заживает, она идёт в магазин и тратит крупную сумму на множество мелких вещей, пользуясь семейной кредиткой. 
Потрясая кулаками Орлов в ярости кричит, что она потратила их месячный семейный бюджет. 
Орлова стоит перед ним с растерянным видом и, опустив глаза, шепчет: «Со мной случилось какое-то помутнение рассудка, я не ожидала, что эти вещи будут стоить так дорого». 
Цель этих «случайностей» не дать Орлову купить зимнюю резину и доказать, что ему было бы проще уступить ей. Стороннему наблюдателю становится ясно, что доминирующее положение мужа в этой семье условно.

Человеку порой очень трудно осознавать, что он принимает участие в треугольнике спасения, но он практически всегда их остро чувствует
Рано или поздно ноша, которую несёт Спаситель, оказывается для него бесконечно тяжёлой, ведь он навсегда привязал себя к людям, которых считает безнадёжными. 
Преследователь выходит из себя, а после сам становится жертвой чувства вины, вспоминая то, как он вел себя в отношении Жертвы. 
Жертва находится в постоянном неудовольствии от осознания своей беспомощности. 
Все перечисленные роли связаны с негативными эмоциями: злостью, обидой, виной, остро чувствующимися в теле. Попав в этот треугольник, человек лишается возможности вести себя иначе, чем предписывает ему одна из трёх ролей.

Если ты чувствуешь себя выше других, и тебе кажется, что ты всё время делаешь больше чем они. Если ты выжат делами и редко получаешь положенную благодарность, а после чувствуешь раздражение или злость, это значит, что ты спасаешь или преследуешь. 
Если для тебя неочевидна собственная выгода, если ты помогаешь без договора, если считаешь своих партнёров беспомощными и/или выполняешь больше половины общей работы, а главное – делаешь то, что делать не хочешь, знай, что ты ведешь игру в Спасение. 

Тебе полезно задать себе два вопроса: «Какую выгоду я преследую, действуя во благо своих отца, матери, жены, дочери, друга, партнёра?» и «Какую цену им надо заплатить, чтобы отдать мне долг?».

Начни рассматривать любой свой поступок как возмездный, масса иллюзорной шелухи отлетит прочь. Неизбежно для тебя станут более понятны связи между ролью, которую ты проигрываешь и жизненной ситуацией, в которую попадаешь. 
Большая часть дел, которые ты считаешь благородными актами помощи, являются актами спасения. А значит поддерживают неравное соотношение сил. Это не взрослое партнёрство, а скрытое использование на основе доминирования и подчинения. 

Чтобы выйти из порочного круга тебе необходимо вернуть Жертвам обязанности, которые ты с них снял и не позволять возвращать их обратно с помощью методов «партизанской войны». Учись замечать свои достижения не через благодарность или подчинённое положение других людей, а через независимые оценки и партнёрство.